Суть дела
Арбитражный суд Москвы удовлетворил иск Центрального банка РФ к бельгийскому депозитарию Euroclear с суммой компенсации в 18,17 трлн рублей. Иск был подан в декабре и касается убытков, которые, по оценке истца, были вызваны санкционной блокировкой российских суверенных активов.
Решение и процесс
Процесс проходил в закрытом режиме по просьбе регулятора. Суд признал ряд действий депозитария незаконными и удовлетворил исковые требования в полном объёме, однако решение ещё может быть оспорено в апелляции.
Почему исполнение будет затруднено
Юристы отмечают, что практические возможности приведения решения в исполнение ограничены: Euroclear действует по бельгийскому праву, а ключевые российские резервы находятся на специальных «счетах типа С», на которые по указам президента с 3 января 2024 года запрещено обращать взыскание по решениям, вынесенным после этой даты.
Кроме того, в рамках санкционной политики ЕС предусмотрен запрет на признание и исполнение российских судебных решений, а также расширены механизмы защиты европейских компаний от притязаний третьих стран, что дополнительно осложняет исполнение вердикта.
Возможные пути взыскания и препятствия
Эксперты допускают несколько теоретических сценариев: изменение президентских указов, чтобы позволить обращение взыскания на корреспондентские счета в Национальном расчётном депозитарии (НРД), либо применение ответных специальных экономических мер со стороны РФ, включая изъятие активов со счетов типа С. Однако для каждого из этих вариантов нужны политические и нормативные решения.
Практические трудности также связаны с попытками претендовать на активы Euroclear в дружественных юрисдикциях: признание и исполнение российского решения в ОАЭ, Гонконге, Казахстане и других странах может натолкнуться на сопротивление и иметь ограниченный эффект из‑за малого объёма активов депозитария в этих юрисдикциях.
Последствия для Euroclear и рынка
Даже при ограниченных шансах на фактическое взыскание решение российского суда может служить механизмом давления: депозитарий вынужден будет учитывать такие риски в оценках, что может отразиться на его кредитном рейтинге и операционных расходах.
В итоге решение выглядит во многом символическим, но способно усилить правовые и репутационные риски для депозитария и подтолкнуть стороны к дополнительным юридическим и политическим манёврам.
