Верховный суд отверг предложение о введении в УК РФ отдельного пункта, прямо описывающего ответственность за принуждение граждан к электронному голосованию. В решении отмечается, что действующие статьи уже охватывают подобные деяния.
В ответе на запрос суд пояснил, что принуждение к голосованию может квалифицироваться как воспрепятствование свободному осуществлению избирательных прав, подпадающее под имеющиеся нормы Уголовного кодекса.
Инициатива предусматривала отдельный пункт в статье 141 УК РФ о принуждении к дистанционному электронному голосованию — как к голосованию онлайн, так и через электронные терминалы. В Верховном суде сочли, что отдельное уточнение не требуется.
«В части 2 статьи 141 УК РФ уже есть положения от подкупа до любых случаев принуждения. На практике же привлечение к уголовной ответственности за принуждение к электронному голосованию фактически не применяется; примеров таких дел нет», — заявил один из электоральных юристов, пожелавший не называть своего имени.
Действие дистанционной электронной системы голосования (ДЭГ) в этом году запланировано в 32 регионах и в Москве на федеральной платформе. В списке регионов не оказалось территорий с традиционно очень высокими результатами в пользу правящей партии: напротив, среди регионов с ДЭГ — субъекты, где в 2021 году поддержка партий власти была заметно ниже среднероссийской.
Критики отмечают, что итоги ДЭГ трудно независимо проверить: наблюдатели и территориальные избирательные комиссии видят лишь поток зашифрованных данных, а не процедуру формирования результатов. Это сводит контроль к формальности и повышает риск давления на избирателей.
Во время предыдущих выборов наблюдали практики, когда в торговых и спортивных центрах появлялись точки для онлайн‑голосования, где некоторых людей настаивали отметить предпочтительного кандидата. Эксперт по электронному голосованию отметил, что локальные пункты могли влиять на динамику явки, но зафиксировать отдельный эффект сложно — возможно, таких точек было несколько.
В ряде регионов фиксируются признаки возможного давления на сотрудников бюджетной сферы. Так, в Коми сообщали о таблицах, в которых за работниками закреплялись «бригадиры», собирающие данные о голосовании и контролирующие участие сотрудников, включая способ — через ДЭГ или на участке.
